skip to Main Content
Ф.О.Р.С.: Тринадцатое дело

«Тринадцатое дело», часть 1 из 13

Сегодня мы начинаем публикацию большой книги по Вселенной Ф.О.Р.С., которая была написана ФеО и называется «Тринадцатое дело». Работа над ней заняла больше года, и сейчас мы рады представить вам историю о новых приключениях агентов. Мы будем публиковать по одной части книги в неделю на нашем сайте SMX.RU, ровно в 00:00 по Московскому времени. Всего таких частей будет тринадцать.

В первой из них, которую вы можете прочитать уже сегодня, мы возвращаемся к событиям фильма «Культовое место», но в этот раз увидим их с несколько другой точки зрения…

Приятного чтения!

Интерлюдия

Этот офис ничем не выделялся среди других, во множестве разбросанных по городу. Шестиметровой ширины квадратное помещение с нейтрально-серыми стенами, на которых висела пара календарей, большие часы, да плакат с котятами. Слева от входа начинались привычные для любого менеджера белые столы, в различной степени беспорядка заваленные распечатками, канцелярскими принадлежностями, офисной техникой, а также кружками с недопитым чаем. Рабочие места тянулись вдоль стен, оставляя в центре достаточно места для проведения корпоративного праздника локального масштаба. Лишь правая стена была свободна – здесь висела большая карта города, в данный момент обильно утыканная флажками на иголках.

Справа от входа, возле двери, расположился высокий шкаф, прикрывая от посторонних взглядов чайный уголок, где можно было вскипятить воду и разжиться печеньями. Пол был устлан синевато-серым ковролином, а потолок пестрел квадратами декоративных панелей, перемежаемых гнёздами с лампами дневного света. Три небольших окна в стене напротив входа пропускали достаточно света, и летнее полуденное солнце, ярко освещало рабочий интерьер.

Человек, сидевший за одним из столов, выглядел спокойным и расслабленным. Среднего роста, плотного телосложения, с коротким ёжиком светлых волос над высоким лбом и задумчивым взглядом серых глаз. Тёмно-красная рубашка с короткими рукавами, да узкий серый галстук смотрелись на нём вполне естественно, и было видно, что он привык носить эту одежду.

Человек ждал. Взгляд его рассеянно скользил по карте города, а пальцы рук машинально перебирали дужки тёмных очков, лежащих на столе.

– Агент Белый Бекас?

Человек перевёл взгляд с противоположной стены на того, кто появился на пороге.

– Да, это я, – ответил он, с видимым интересом разглядывая вошедшего.

С первого взгляда было видно, что гость, мягко говоря, не местный. Был он лет пятидесяти на вид, с пепельного цвета волосами, свободно спадающими до плеч. Его густые ухоженные усы и борода, а также грубые черты лица и цепкий взгляд из-под кустистых бровей придавали его облику суровости – такие люди нечасто встречаются в больших городах. Одежда гостя – бежевая льняная рубаха, да крепкие кожаные штаны тёмно-коричневого цвета – давала повод заподозрить в нём сибиряка-старовера, вот только ширина плеч и толщина рук, а также то, как легко гость двигался, откровенно намекали, что этот человек – воин, причём, явно вышедший из какой-то древней былины.

Гость на пороге задерживаться не стал – быстро оглядел помещение, подошёл к тому, кого назвал Белым Бекасом и пожал протянутую руку.

– Как тебя, всё-таки, зовут? – спросил Белый Бекас, жестом предлагая воину присесть напротив.

– Алексей, – ответил воин низким голосом. – Это имя дали мне при рождении.

Агент позволил себе лёгкую улыбку.

– Глядя на тебя трудно представить, что это твоё настоящее имя, – сказал он. – Куда лучше подходит Всеслав или Велимир.

– Ваши прозвища куда забавнее, – ответил воин серьёзно. – Тебя-то как звать, агент?

– Михаил. Некоторые до сих пор Пророком называют, но мне не нравится.

– Что так? – вскинул брови гость. – Не любишь будущее предсказывать?

– Не умею, – вздохнул агент. – Хотя могу нарисовать определённую картину грядущего, особенно если принять во внимание последние события.

– Главным участником которых оказался ты, так? – уточнил Алексей.

– Да, – кивнул Михаил. – И я был против того, чтобы рассказывать о них кому-то, кто не работает у нас.

– По-моему, ваш главный дал разрешение, – с сомнением произнёс воин.

– Дал, – снова кивнул агент. – Но я не понимаю, зачем он это сделал. Впрочем, пытаться понять замыслы Лилового Журавля – занятие не из простых. К тому же просьбы командира стоит выполнять.

– Верно, – усмехнулся Алексей. – И давай не будем медлить. Я не могу долго здесь оставаться, но историю выслушаю от начала и до конца.

– От начала… – задумчиво повторил агент. – Тяжело сказать, что можно считать началом этой истории. К тому же, в ней до сих пор остаются вопросы, и я не могу представить, где искать ответы. Разве что к вам в гости наведаться.

Михаил посмотрел воину в глаза.

– А что? Давай! – с воодушевлением отозвался тот. – Посмотришь, как мы живём, научишься чему полезному. Вот только как ты до нас добираться будешь?

– Даже не представляю, – ответил агент. – И всё-таки, с чего бы начать?

– А начни с того, что для тебя просто и понятно, – предложил Алексей. – Глядишь, и рассказ легче пойдёт.

Несколько секунд Михаил сидел неподвижно, о чём-то размышляя, затем кивнул.

– Хорошо, – сказал он и откинулся на спинку кресла, устраиваясь поудобнее. – Просто и понятно было почти две недели назад. Если быть точным, то сегодня – двенадцатый день. А тогда, в тот тёплый летний вечер, всё начиналось достаточно банально. Я стоял над алтарём, сжимая в руках кривой ритуальный кинжал…

 

Часть первая

Глава 1. Проходной двор.

То, что события начинают выходить из-под контроля, я начал подозревать в тот момент, когда Саша Васильев не явился в назначенный срок. Это было странно, потому что он относился к достаточно редкой породе людей. Внешне они опрятны и даже летом носят выглаженные деловые костюмы, делая единственную уступку в сторону светлых тонов. Они вежливы – у окружающих практически нет шансов не только услышать ругательство с их стороны, но хотя бы фразу, высказанную на повышенных тонах. А ещё они максимально пунктуальны и считают опоздание без предупреждения хотя бы на пять минут неприемлемым поведением.

Однако в случае Саши Васильева имелся один существенный недостаток. В экстремальной ситуации вся его спокойная рассудительность улетучивалась, уступая место первобытным инстинктам. И при первых признаках опасности он моментально становился непредсказуемым, а самое главное, далеко не вежливым человеком. Так что повод беспокоиться за него у нас был, тем более что на телефонный звонок он так и не ответил.

Конечно, и троих было достаточно для осуществления задуманного, но ритуал такого уровня вытягивает много сил, а они могли понадобиться в любой момент. Если «Слуги Азатота» вычислят место проведения ритуала и явятся за своей собственностью, то схватки не избежать. Правда, шансы на то, что нас никто не побеспокоит, были высокими.

Вообще, работая под прикрытием, я стал лучше понимать психологию молодых ребят и девчонок, что стремятся овладеть тайнами волшебства. Знание о том, что магия в нашем мире всё-таки существует, не приходит одно и уж точно никогда не принимается на веру. Как правило, вместе с ним следует железобетонное доказательство вместе с кратким описанием способа это доказательство повторить. И когда неформал, запершись дома, самостоятельно сотворяет своё первое заклинание, то у него есть все шансы слегка двинуться рассудком, особенно если он и так недостаточно дружит со здравым смыслом. Ощущение близкого всемогущества захлёстывает с головой, собственные возможности начинают казаться безграничными, а все окружающие представляются никчёмными слабаками. После такого очень немногие способны трезво оценить все плюсы и минусы полученных знаний, а также задуматься об этической стороне применения магии.

Именно такие люди и составляли большую часть «клиентов» Ф.О.Р.С. последние несколько десятилетий. Процедура нашего взаимодействия с ними отработана давно. Подавить неумелое сопротивление, изъять всю магическую атрибутику и стереть несостоявшемуся властелину мира память. Если неформал входит в состав организованной группы, то внедриться, выявить всех участников и накрыть их разом. Найденные магические артефакты передать научному отделу для исследования и утилизации.

Но в тот день передо мной стояла совсем иная задача. Я хотел, чтобы ритуал успешно завершился, и на то была своя причина.

То, что «Сыновьям Хастура» удалось заполучить такую книгу, казалось чудом. Но ещё больше я удивился, когда узнал, что эти ребята хотят её уничтожить. Конечно, служебные инструкции никто не отменял, но я придерживался мнения, что таким артефактам не место в нашем мире. Книга сама по себе являлась источником магической силы, а это не какой-нибудь накачанный магией амулет, который можно разрядить и выкинуть. Такие вещи нам приходится хранить в экранированных контейнерах, с надеждой на то, что в будущем появится технология их безвредного уничтожения. Так что ликвидация опасной магической игрушки руками её владельцев казалась мне отличным способом сделать этот мир немного чище.

Главный был спокоен. Среднего роста, с ровными чертами лица, шапкой тёмных волос и глубоко посаженными глазами, он был обладателем густого властного голоса, идеально подходящего для произнесения ритуальных заклинаний. А ещё он оказался неожиданно опытным колдуном, и точно знал, на что способен. Его руки порхали над страницами книги, а звуки произносимых слов отражались от каменных стен заброшенного подвала, который в среде местных неформалов назывался «пустым данжеоном». Книга под его тонкими длинными пальцами словно оживала, и сквозь её страницы начинали прорываться белёсые лучи какого-то неестественного света.

Мы с Алисой замерли по сторонам от него, держа в руках ритуальные кинжалы, и наши голоса вплетались в тяжёлый бас главного культиста, добавляя песнопению глубины. Это не было каким-то заклинанием, нет. Обычный ритуальный речитатив на древнем языке, который помогает сконцентрировать внимание на предстоящем действии. Расследуя это дело, я запрашивал перевод у наших аналитиков и сильно удивился, когда он оказался очень похожим на простую детскую «считалку», вроде «Вышел месяц из тумана…». Но, несмотря на кажущуюся бесполезность, она помогала нам настроиться на общую волну, впасть в некое подобие транса, когда всё личное растворяется, отходит на второй план перед главной целью. Для усиления эффекта все мы были одеты в чёрные бесформенные балахоны с капюшонами, полностью скрывающие наши лица и детали одежды. В них было жарко даже среди каменных стен подвала, но духота постепенно отступала под натиском потусторонней силы.

Книга пробуждалась к жизни. Главный умело правил ритуалом, заставляя этот артефакт высвободить всю мощь, заключённую в нём. Он концентрировал энергию на себе, что было бы смертельно опасно, колдуй он в одиночку. Укротить мощь отголоска первозданного хаоса не под силу ни одному человеку. Лишь общая воля трёх участников ритуала могла противостоять ей, и сейчас я чувствовал, как леденящая душу пелена накрывает нас, уводя в транс и пробуя на прочность разум каждого.

Это была особенность магии поклонников Хастура, Азатота и других порождений хаоса. Адепты не кидались друг в друга огненными шарами – они действовали в области человеческого разума, подчиняя, подавляя и вызывая иррациональный ужас у своих врагов. Я умел противостоять такому влиянию, но только потому, что имел большой опыт взаимодействия с магическими проявлениями. Да и сама сила сейчас была… не то чтобы дружелюбна ко мне, нет. Скорее, она воспринимала меня, как временного союзника. Хаос вообще не может быть другом или врагом – у него иная суть. Но если обратить его силу против неподготовленного человека, тот не сумеет устоять, и последствия могут быть непредсказуемыми. По этой причине мы в Ф.О.Р.С. обычно давили такие культы максимально жёстко, без скидок на возраст участников.

Мрачная сила продолжала сочиться сквозь страницы книги, концентрируясь в руках Главного. Наши сознания всё теснее сплетались магическими нитями, и я чувствовал культистов так же хорошо, как и себя. Я знал, что Главный находится на пике своей формы и прекрасно контролирует собранное могущество. Пелена хаоса стучалась в его разум, но не могла сломить сопротивление, усиленное волей помощников. Я ощущал удовлетворение Алисы от мысли, что её взяли на ритуал. Она была совсем молодой девчонкой, только-только достигшей совершеннолетия, но, несмотря на возраст, оказалась очень талантливой в деле постижения основ магии разума. Невысокая, стройная, с длинными тёмными волосами и по-детски любопытным взглядом выразительных глаз, – она, казалось, была готова вызубрить всю доступную литературу по магии и делала в этом направлении заметные шаги.

Главный сделал ещё несколько пассов, и я понял, что мы уже возле самого края. Наша коллективная воля постепенно начинала поддаваться этой силе, но энергии скопилось уже достаточно. Направь её на саму книгу – и это порождение магии сожрёт само себя, а от нас лишь потребуется не дать отголоску хаоса вырваться наружу.

В этом состоянии мы крайне остро чувствовали друг друга. Я теперь видел тайные мысли Главного по поводу их противостояния со «Слугами Азатота». Тех было больше, они выглядели куда более организованными, и уничтожение такого мощного артефакта казалось ему отличным способом насолить врагам.

Я понимал, что и сам открыт практически полностью, вот только знал, что ребята не смогут понять обо мне главного. Да, в этой компании возникал вопрос, где я научился так хорошо драться – довелось мне как-то продемонстрировать парочке «Слуг Азатота», что в рукопашной они против меня не представляют практически ничего. Перед «Детьми Хастура» я тогда отшутился, спросив, готовы ли они дать подписку о неразглашении перед получением ответа. Разумеется, все отказались, но сделали определённые выводы. Меня и взяли на этот ритуал лишь на случай схватки с хозяевами книги. И теперь мою связь со спецслужбами они должны были чувствовать хорошо, но не беспокоиться об этом, потому что искреннее желание поскорее уничтожить книгу лежало на поверхности моего сознания.

Тёмная сила ждала своего часа. Книга уже готова была принять в себя собранную силу, и я кожей ощущал напряжение воздуха вокруг алтаря. Начинался самый важный этап.

Я на мгновение перенёс своё внимание на Алису. Не сломается ли она? Хватит ли ей мужества довести ритуал до конца? И внезапно я понял, что… совсем не знаю её. Что внутри она совсем другая, что скрывает эту сущность ото всех. Как? Почему?

Наверное, моё удивление было слишком явным, потому что, когда я поднял взгляд на Алису, она уже смотрела на меня. Смотрела с лёгкой улыбкой, как будто только и ждала, что я заинтересуюсь её тайной.

И именно в этот момент наши планы принялись трещать по швам. Входная дверь хлопнула, и пелену полумрака прорезал хорошо знакомый мне голос:

– Эй, ребята! Библиотека закрывается, книжки сдаём!

Я стоял боком к двери и из-за глубокого капюшона не видел вошедшего. Но мне не составляло труда описать его по памяти. Чуть выше меня ростом, но более лёгкого телосложения, с короткой тёмной стрижкой, аккуратными бакенбардами, бородой и усами подковой. В чёрных брюках, расстёгнутой тёмно-красной рубашке, с футболкой под ней; в тёмных очках, несмотря на полумрак подвала. И наверняка с хозяйским выражением на благородном лице. Это был Серый Стриж собственной персоной – агент, которого изгнали из оперативников в местный пункт наблюдения, и на которого это не повлияло вообще никак.

По уставу наблюдателям не полагалось иметь оружие. Кроме того, им категорически запрещалось заниматься оперативной работой – только наблюдать и сообщать в Гнездо про все обнаруженные странности. То есть, соваться к месту проведения ритуала ему было нельзя. Серый Стриж имел собственное мнение на этот счёт. Благодаря своему характеру, он всегда был в центре событий, благо на территории ВДНХ и Ботанического сада, их хватало с избытком. Он являлся самым неформальным агентом из всех, кого я знал. Он мог часами не вылезать из социальных сетей, которые для нас тоже были под запретом. Несколько раз он исчезал из пункта наблюдения на несколько дней, и оперативникам приходилось выковыривать его из очередной «вписки» – квартиры, где постоянно собираются неформалы всех мастей. А уж во что он превратил интерьер вверенного ему служебного помещения, даже думать не хотелось. И вот сейчас он стоял напротив алтаря, один, безоружный. И именно в тот момент, когда лидер «Сыновей Хастура» собрал энергию для основного действия, а мне стало казаться, что всё пройдёт гладко.

Главный, как оказалось, ещё имел запас концентрации, но собранная сила уже достаточно долго объединяла нас, и это наложило свой отпечаток на его поведение.

– Наши враги нашли нас! – Он пафосным жестом сбросил с головы капюшон и посмотрел на гостя.

Затем на его лице отразилась смесь сомнения с удивлением:

– Хотя, что-то ты не сильно на них похож!

– Потом познакомимся, ладно? – усмехнулся Серый Стриж. – Вы мне книжку отдайте.

Последовала короткая заминка.

– Сама посмотри! – вдруг невпопад сказал агент.

И эти два слова сказали мне очень многое. Кто-то с ним общался, через встроенную в очки систему связи. Агент дал ответ, а затем переключил камеру в режим трансляции видеосигнала. Это что, у Серого Стрижа появился новый напарник? Девушка?!

– Что?! – Главный, который ожидал совсем других гостей и не хотел тратить энергию на это недоразумение, вытянул руку, указывая на агента. – Немедленно убрать этого клоуна отсюда!

Решение пришлось принять за несколько секунд. Я не был уверен, что смогу в таком состоянии одолеть настырного наблюдателя, не навредив ему. Но вот чтобы пойти против культистов и защитить Стрижа мне требовалось сначала сбросить с себя ярмо этой тёмной пелены, снова стать только собой, а сделать этого мгновенно я не мог. Мою попытку заметили бы сразу, и я не сомневался, что после такого Главный немедленно обрушит всю собранную мощь на меня. Так что мне стоило выключиться из ритуала более естественным образом, например, потерпев поражение в драке. Правда, очень не хотелось, чтобы Стриж при этом навредил моему организму. Это возможно, если он меня узнает, но для главного культиста и Алисы всё должно выглядеть правдоподобно. Непростая задача!

Я вздохнул и повернулся к агенту, принимая самую брутальную и угрожающую позу, на которую был способен. Алиса тоже повернулась к двери, вытянув вперёд руку с кинжалом. Стриж благоразумно отступил, оглядываясь в поисках подходящего оружия. Таковое нашлось – возле входа валялась неведомо как сюда попавшая сломанная лопата. Агент схватился за неё, и лопата соскочила с черенка, оставив в его руке жалкий деревянный огрызок.

– Некрасиво, – нахмурился агент, отбрасывая деревяшку и поднимая кулаки.

Ждать больше было нельзя. Я метнулся вперёд и, держа свой кинжал обратным хватом, сделал широкий замах слева, целясь в район плеча. Такой удар мог бы сблокировать и новичок. Стриж новичком не был. Он легко остановил мою руку и добавил мне ускорения, мощно толкнув на свёрток каких-то пластиковых полос, вертикально стоящий в углу.

В следующую секунду я услышал вскрик Алисы, совпавший с глухим ударом. Через мгновение металлический звяк сообщил мне, что культистка своего кинжала лишилась. Ну да, ждать от неё боевых подвигов было бы наивно.

Я оттолкнулся от свёртка и атаковал Стрижа, пытаясь ударить ножом сверху. Он уже ждал, повернувшись ко мне. Нелепый удар привёл к закономерному результату. Жёсткий блок с одновременным выкручиванием запястья заставил меня повернуться к нему правым боком, а в следующий момент мне ощутимо прилетело по печени.

Чёрт, ну нельзя же так!

Второй удар пришёлся в челюсть – я успел дёрнуть головой, но помогло это мало. Меня развернуло и отбросило на стену, и на этот раз я приложился основательно. Во рту сразу появился солоноватый привкус, и я с отвращением сплюнул кровь.

Сзади послышались хлёсткий удар, короткий вскрик и падение тела. Всё, Алису можно списывать со счетов. Я развернулся навстречу агенту, краем глаза заметив, как Главный быстро листает книгу, что-то в ней выискивая.

И тут на лице Стрижа появилась лёгкая усмешка – он меня узнал. Уже не опасаясь последствий, я махнул рукой, целясь в голову слева, – промазал, конечно, – инерция удара развернула меня спиной, а затем лёгкий тычок в голову и сильный толчок в плечо дали мне понять, что здесь я по сценарию должен упасть.

Упал, к сожалению, неудачно, лицом к стене, но времени терять не стал, тут же начав выдавливать пелену хаоса из своего сознания. И в тот же миг Главный выпустил накопленную энергию.

– Ни шагу дальше! – Его сильный голос звонким эхом отразился от стен, заставив шагнувшего к нему агента споткнуться.

– Услышь голос ужасного Хастура!

В помещении заметно потемнело. На периферии слуха появился противный писк, а стены начали растворяться в проявившемся чёрном тумане. Энергия полилась сплошным потоком, пытаясь пройти и через меня, но я всё больше отгораживался от неё, убирая контроль своей воли. Стриж судорожно вздохнул.

– Услышь скорбные вздохи вихря!

Повеяло ледяным холодом. Туман начал мерцать голубоватыми вспышками, и к нему добавился низкий гул ветра. Я уже не был частью ритуала и сейчас радовался тому, что мы с Алисой больше не помогаем Главному направлять эту силу. Без нашей помощи львиная доля магии разума рассеивалась в пространстве, и на Стрижа воздействовали лишь жалкие крохи накопленной мощи. Правда, этого ему хватало с избытком.

– Услышь безумный свист запредельного ветра, блуждающего в пустоте среди безмолвных звёзд!

Перестав контролировать эту силу, я тоже подвергся её атаке. От писка начала раскалываться голова, туман, казалось, проникал в самую душу, вытаскивая на поверхность все забытые детские страхи и неподавленные комплексы. Сейчас я казался себе букашкой, осмелившейся заглянуть в бездну небытия.

Тяжёлые шаги Главного заставили меня собраться и усилием воли отгородиться от творящегося безумия. Культист тяжело дышал – было заметно, что без нашей помощи колдовство далось ему очень нелегко.

– Единожды запущенный ритуал, – прохрипел он, проходя мимо меня и наклоняясь за кинжалом, – нельзя так просто взять и обратить вспять.

Стриж корчился на полу, оглашая подвал стонами ужаса. Культист остановился над ним. В его намерениях добить агента я не сомневался.

– Всё кончено! – громко объявил он.

Я уже готов был развернуться и пнуть его под колено, когда неожиданно раздался спокойный и деловитый женский голос:

– В этом ты прав!

Последовавший следом смачный удар и тяжёлое падение тела поставили неожиданную точку в этом противостоянии. Одновременно с этим стих мерзкий писк, а туман стал стремительно уползать в сторону алтаря. Ментальное давление исчезло настолько резко, что я едва не выдал себя – так хотелось облегчённо вздохнуть. Но мне удалось сдержаться, хотя было и ещё одно желание – издать удивлённый возглас. Возникло оно потому, что я узнал голос той, что отправила главного культиста отдыхать.

Агент Оранжевая Мандаринка была профессионалом, каких поискать. Её часто ставили в пример новичкам, и некоторые дела с участием этой девушки служили хорошим пособием для начинающих. По её внешности нельзя было сказать, что она оперативник с большим опытом работы, хотя, её спокойная рассудительность и внимательный взгляд давали повод задуматься об этом. Одно то, что она сумела появиться в «пустом данжеоне», незамеченная никем, говорило о многом. Но удивление моё вызвало не это. Судя по звукам, девушка появилась одна, а это означало, что именно она стала новым напарником Серого Стрижа.

Я знал, что в последнее время Мандаринке приходится нелегко. При её способностях, тот груз ответственности, что ей приходилось нести, сильно выматывал девушку психологически. И выход, похоже, был найден – начальство позволило ей отдохнуть в тихом уголке. Единственное, в чём она ошиблась – в выборе места для отдыха. Да, территория пункта наблюдения «Б-44» в магическом плане одна из самых спокойных, но только не в тех местах, где тусуется агент Серый Стриж. Интересно, сможет ли Оранжевая Мандаринка своим характером компенсировать его настырность? Если да, то из этой пары получится «убийственный» тандем.

Стриж вскочил на ноги и метнулся к книге, которая продолжала негромко гудеть. Тяжело пробежав мимо меня, агент с ходу попытался отыскать анти-заклинание, но напарница опередила его. Послышался хлопок закрываемой книги, и гудение смолкло.

– Логично. – В голосе наблюдателя звучало лёгкое смущение.

– Глупцы! – раздался за моей спиной голос Главного. – Что же вы натворили!

Судя по голосу, он поднялся на колени, но попыток встать не делал.

– Ой, ну я даже не знаю! – Стриж, наконец, оправился от ментального удара и теперь решил поиздеваться над поверженным противником. – Предотвратили Конец Света, нашествие Вечной Тьмы. Да здравствует солнышко!

– Ты даже не представляешь, о чём идёт речь, идиот! – Голос культиста похолодел – ему не нравился тон агента.

Впрочем, агент тоже завёлся мгновенно:

– Как ты меня назвал?!

Они наверняка начали бы драку, но тут снова вступила Мандаринка.

– Так, хватит. Оба! – велела она и обратилась к культисту. – О чём ты?

– «Сыновья Хастура» не собирались устраивать конец света, – объяснил тот. – Мы украли книгу у последователей Азатота, чтобы уничтожить её. Взгляните, на какой странице закладка.

Агенты решили проверить его слова, и некоторое время со стороны алтаря доносился только шелест страниц книги.

– Ну, тут без «поллитры» не разберёшься, – со знанием дела сообщил Стриж.

Впрочем, Мандаринка его мнения явно не разделяла.

– И это всё похоже на правду, – нехотя признала она.

– Экая оказия! – вздохнул её напарник.

– И теперь вы подставили под удар всё! – низким, почти вибрирующим голосом предрёк культист.

Кажется, на этот раз проняло и Мандаринку.

– Так, спокойно! – объявила она. – Всё будет хорошо, книгу мы забираем. Без паники. Расходимся по домам.

Наверное, больше она пыталась успокоить себя, вот только в следующую секунду линия событий совершила очередной поворот. Входная дверь хлопнула, и надменный мужской голос самодовольно произнёс:

– Никуда вы не пойдёте! Сегодня султан демонов попирует всласть!

Одновременно с этим послышался шелест извлекаемого из ножен клинка и щелчок пистолетного затвора. Хозяева книги прибыли за украденным имуществом.

Ситуация мгновенно стала критической. От входной двери до алтаря, возле которого стояли агенты, было метра четыре, а промахнуться с такого расстояния очень сложно. Из агентов вооружён был только я, но мой бластер находился в левом кармане джинсов, а я лежал как раз на левом боку и не мог нейтрализовать новую угрозу. Да и не видел я, кто из двоих прибывших вооружён пистолетом. Надо было действовать очень быстро, чтобы успеть выхватить оружие и послать оглушающий импульс во врага до того, как он нажмёт на спуск.

Альтернативный вариант тоже был опасным, но давал мне время на то, чтобы занять удобную позицию для стрельбы. Я уже приготовился демонстративно застонать и перевернуться на спину, когда в сюжете этого «спектакля» произошёл очередной резкий поворот с появлением новых действующих лиц. Входная дверь хлопнула ещё раз, и слитный залп двух бластеров увеличил количество лежащих перед алтарём тел до пяти.

Ну, всё, «кавалерия» прибыла! Зная Стрижа, я мог с полной уверенностью заявить, что он вызывать помощь стал бы в последнюю очередь, а это означало, что поддержку запросила его новоприобретённая напарница.

В поле моего зрения показались две пары ног – мужские и женские. Агенты остановились прямо надо мной, а затем спокойный мужской голос недовольно спросил:

– Агент Серый Стриж, а где твой галстук?!

Галстук у Стрижа был – он носил его в кармане вечно расстёгнутой рубашки, редко используя по назначению. Но в тот момент я подумал о том, что не зря остался наблюдателем в этой ситуации. Такое количество неожиданных появлений делало ситуацию откровенно глупой. Начальство вполне могло объявить выговор всем присутствующим за непрофессионализм, после чего эта история имела шансы стать очередной байкой. И я предпочитал, чтобы она заканчивалась словами вроде «… а Белый Бекас лежал, никем не узнанный, и молча хихикал над глупыми агентами, потому что никто из них не додумался переключить инфоочки в режим анализа биосигнатур…». И начинающееся выяснение отношений могло добавить в эту байку хороший драматический момент.

Смутить Серого Стрижа было крайне непросто.

– Агент Зелёный Огарь, а где твои манеры? – задал он встречный вопрос. – И вообще, как вы здесь двое…

– Оранжевая Мандаринка запросила наше присутствие ещё час тому назад, – перебил его Огарь.

– Что? – Стриж казался искренне удивлённым.

– И поступила совершенно правильно, насколько я могу судить, – закончил оперативник.

Это, всё-таки, задело наблюдателя. Он попытался сделать хорошую мину при плохой игре, мол, «не стоило отрывать от дел такую важную птицу», но тут Зелёный Огарь устроил ему такой разнос за нарушение устава и субординации, что даже мне стало не по себе. В середине своего монолога он даже выстрелил в кого-то, зашевелившегося позади меня, отправив беднягу в бессознательное состояние.

Могло показаться, что Огарь сильно недолюбливает Стрижа, но это было правдой только отчасти. Просто этот оперативник крайне негативно относился к нарушениям должностных инструкций. Чуть выше среднего роста, худощавый, с пронзительным взглядом и узким лицом, обрамлённым длинными тёмными кудрями, он иногда казался воплощением недовольства. Конечно, в работе Огарь умел импровизировать, если того требовали обстоятельства. Но вот текущая ситуация была, с его точки зрения, из ряда вон выходящей.

И я полностью разделял его точку зрения. Наблюдатель имел право заниматься разведкой, но вот лезть в одиночку туда, где по-хорошему нужны две-три вооружённые стаи, мог позволить себе только специально подготовленный и экипированный оперативник. Некоторые из агентов старой закалки даже делали ставки на то, когда у начальства в отношении Стрижа закончится терпение, потому что подобные случаи происходили с ним с завидной регулярностью. И пусть сейчас ему досталось больше всех – вряд ли кто-то будет это считать смягчающим обстоятельством.

– При всём уважении, агент Серый Стриж не виноват ни по одному из пунктов, – неожиданно вступилась Мандаринка. – Эта операция – моя идея.

Заявление оказалось настолько неожиданным, что мне даже захотелось присвистнуть.

– Да что вы говорите? – оперативник тоже был удивлён.

– Агенту повезло добыть ценные сведения, касательно магического ритуала «красного» уровня, – заявила девушка официальным тоном. – Я приняла решение действовать, не дожидаясь вас. Принимаю на себя всю вину и ответственность за нарушение устава и самодеятельность.

Это был удар ниже пояса. Послужной список Мандаринки не позволял Огарю устроить разнос и ей, так что Стриж неожиданно оказался под очень хорошим прикрытием.

– Знаете, что? – Продолжать этот разговор оперативнику не хотелось. – Пишите рапорт! И учтите, шеф будет крайне разочарован!

Зная характер шефа, я мог с уверенностью утверждать, что он поворчит и снова махнёт рукой на настырного наблюдателя.

– Бирюзовая Ласточка! – рявкнул оперативник.

Его напарница рефлекторно вытянулась по стойке «смирно».

– Обыскать этих! – велел Огарь и снова повернулся к наблюдателям. – А вы – вон с глаз моих!

Мандаринка всучила ему книгу и первой направилась к выходу. Стриж же наклонился к присевшей возле меня Ласточке и тихо произнёс:

– Если станет совсем невмоготу – давай к нам, в «Б-44»!

И я сильно подозревал, что обращался наблюдатель именно ко мне.

– Бирюзовая Ласточка! – Огарь не собирался позволять напарнице своевольничать. – Не отвлекайтесь!

Входная дверь хлопнула, и оперативники остались одни, если не считать лежащих вповалку тел.

Так как агент Зелёный Огарь пребывал в плохом настроении и действовал по принципу «шевелится – стреляй», я не стал сразу выдавать себя. Вместо этого дождался, пока Бирюзовая Ласточка откинет край капюшона с моей головы и громко скажет:

– Ой!

Удивление на её лице, проступило столь явно, что я не выдержал и подмигнул.

Ласточка была завербована в Ф.О.Р.С. чуть больше года назад. Служба тогда прилагала все усилия для раскрытия очередного дела, и проходившей обучение Ласточке пришлось проявить все свои способности. Девушка справилась с этим на «отлично», не позволив сбежать одному из зачинщиков тех событий. С тех пор она старалась поддерживать образ матёрого оперативного сотрудника, правда, не во вред самой оперативной работе. Высокая, спортивно сложенная, с длинными прямыми волосами каштанового цвета – внешний вид Ласточки действительно подходил под этот образ. Правда, лицо у неё было мягким и приветливым, и при первом взгляде сразу складывалось ощущение, что перед тобой сейчас компанейская девчонка, но никак не оперативник секретной службы.

Вот и сейчас, глядя на изумлённую девушку, я не мог сдержать улыбки.

– В чём дело? – хмуро спросил листавший книгу Огарь. – Знакомый встретился?

– Д-да, – сдавленно ответила девушка и улыбнулась. – Можно и так сказать.

Бластера в руке у агента не было, а потому я шумно вздохнул, приподнялся на локтях и встал на ноги.

Он был профессионалом, этот длинноволосый агент. Именно поэтому он не стал демонстрировать удивление, а вместо этого захлопнул книгу и громко спросил:

– Среди присутствующих ещё агенты есть?

Вопрос был вполне уместным, вот только все остальные лежали без сознания, причём, трое – из-за оглушающих импульсов.

Не дождавшись ответа, Огарь посмотрел на меня и сухо уточнил:

– Полагаю, твоё присутствие здесь обосновано, так?

– Вполне, – тем же тоном ответил я, оглядывая поле битвы. – Если нужны подробности, можешь запросить Гнездо про операцию «Ньярлатотеп». Которую, кстати говоря, вы мне благополучно провалили.

Огарь нахмурил брови и вскинул голову, от чего его лицо приняло слегка надменное выражение. Скрывать своё отношение к моим словам он не собирался. Не удостоив его объяснением, я повернулся и направился в дальний угол, где лежали наши вещи. Выудив из груды сумок свой рюкзак, я достал простую чёрную футболку и надел её вместо балахона.

– Но книга же у нас, – неуверенно сказала Бирюзовая Ласточка.

– Да, это так, – ответил я, поправляя одежду. – А где должна быть по плану?

Оба агента посмотрели на книгу, как будто в её чёрной матерчатой обложке с вышитыми рунами был ответ на этот вопрос.

Свернув балахон, я спрятал его в рюкзак и продолжил:

– Если вы ещё не поняли, то здесь должно было состояться редчайшее явление за всю историю нашей службы. А именно, чистое и безопасное уничтожение артефакта «красного» уровня. – Я кивнул на книгу. – И то, что это уничтожение не состоялось, я считаю провалом операции.

– Хм. – Зелёный Огарь задумчиво повертел книгу в руках, оглядел лежащих вповалку культистов, а затем посмотрел на меня. – Не слишком ли ты круто берёшь?

– Не слишком, – ответил я мрачно. – Потому что следующий этап операции подразумевал получение мной заслуженного отпуска.

Длинноволосый агент снял очки, оглядел меня с головы до ног и вдруг самым неприличным образом заржал. Его напарница посмотрела на меня так, будто я был пациентом сумасшедшего дома. Впрочем, порой это было весьма близко к истине.

По поводу отпуска я говорил совершенно серьёзно. Дело в том, что летом, когда начинаются каникулы в учебных заведениях и сезон отпусков в офисах, у нас, агентов, работы сильно прибавляется. И получить в этот период отпуск хотя бы на неделю – задача крайне непростая. Некоторые оперативники даже ведут список, кому это удалось, и что они для этого сделали. Мне, например, за прошедший с момента моего возвращения в Москву год гулять довелось только в конце зимы. И я всерьёз рассчитывал, что уничтожение такого артефакта начальство посчитает вполне весомым аргументом.

– Могу замолвить за тебя словечко, – предложил Огарь, отсмеявшись. – При условии, что ты потом сделаешь то же самое для меня.

– И в результате нас обоих привлекут к самой нудной и выматывающей работе, – заявил я. – Чтобы не воображали о себе многого. Спасибо, не надо!

Я, наконец, надел собственные инфоочки, и тотчас же почувствовал себя увереннее. Что ни говори, а к хорошим вещам привыкаешь быстро, и без этого инструмента при работе «в поле» чувствуешь себя неуютно.

Сканер сетчатки опознал владельца, и перед моими глазами зажёгся интерфейс, подсвечивая тёмные углы и маркируя следы применения магии. Следов было много – культист сжёг изрядное количество энергии.

– Да-а-а, – протянул я, оглядываясь. – Давно я такого не видел.

Если бы всё прошло по плану, то следы магии остались бы лишь в радиусе пары метров вокруг алтаря. Но неконтролируемый выброс тёмной силы «заразил» куда большую область, и каменные стены не были этому помехой. Впрочем, исследованием и анализом магических следов пусть занимаются учёные. Мне же здесь делать было больше нечего.

Я забросил рюкзак на плечо и повернулся к агентам.

– Я отчаливаю, – сообщил я. – Не скучайте здесь.

– С какой это стати?! – возмутился Огарь.

– С такой, что я работал под прикрытием, и моя операция официально завершена, – ответил я наставительно. – А вы, как обнаружившие артефакт «красного» уровня оперативники, остаётесь, потому что… – я взглянул на девушку. – Агент Бирюзовая Ласточка, что говорится в наших служебных наставлениях про текущую ситуацию?

– Мы должны вызвать группу зачистки и стаю прикрытия, – почти без паузы ответила она. – А до их прибытия надо держать оборону на месте обнаружения артефакта.

Я кивнул, перевёл взгляд на Огаря и молча развёл руками. Он тоже ничего не сказал, хотя ему явно не нравилось, что сейчас устав заставляет его сидеть в этом подвале, в отличие от меня. Но жалости к нему я не испытывал, и потому покинул «пустой данжеон» с чистой совестью.

После пропитанного магией и запахом людских тел подвала вечерний воздух показался необычайно свежим. Оказавшись на улице, я даже остановился и некоторое время просто стоял, наслаждаясь вечерней прохладой. Очки переключились в сумеречный режим, делая сгущающуюся темноту более контрастной и смягчая свет фонарей. В двух десятках метров от меня возвышалась громада памятника «Рабочий и Колхозница», а за спиной шумел ярко освещённый широкий проспект – один из символов никогда не засыпающей столицы.

«Как-то по-дурацки всё получилось», – подумал я невесело.

Напряжение отступало, и в этой спокойной обстановке всё произошедшее казалось цепочкой нелепых случайностей, которые просто не могли произойти одновременно. Почему так получилось? Кто виноват в том, что ритуал был прерван в самый ответственный момент? Ну ладно, предположим, что Саша Васильев нарвался на Серого Стрижа, и выложил ему, где проводится ритуал. Но ведь Стриж откуда-то узнал, что ритуал состоится. Да и «Слуги Азатота» сумели нас найти, несмотря на всю секретность. Чего я не знаю? Может быть, стоит поговорить с наблюдателем, прежде чем…

Внезапно я понял, что на меня смотрят. Кто-то сильно интересовался моей персоной, причём делал это с противоположной стороны проспекта. Что это? Раньше я такой чувствительности за собой не замечал!

Не делая резких движений, я направился к дороге, на ходу переключив интерфейс очков в режим поиска. Странно, я мог с точностью до нескольких метров указать место, где ощущался наблюдатель, но никого там не видел. И, что хуже, очки тоже не видели там ничего подозрительного. Десяток прохожих, ни один из которых не смотрел в мою сторону, и всё. Да и непросто было следить за входом в подвал с той стороны – я бы выбрал место поближе. Может быть, это последствия участия в ритуале?

Нет, всё-таки надо привести себя в порядок. Отдохнуть в тихом уголке, где магический фон настолько низкий, что его даже очки не фиксируют. Отоспаться, поплавать в речке, поесть малины с куста… Да только кто мне теперь отпуск даст? Разве что, у меня получится в ближайшую неделю раскрыть крупное дело. И то, если повезёт.

Ощущение взгляда исчезло, как только я свернул в сторону и пошёл прочь от проспекта.

***

Ночь скрыла краски дня и утихомирила общую суету. Солнце ушло за горизонт, и лишь узкая светлая полоска на западе ещё сопротивлялась надвигающейся тьме. Редкие облака казались случайными белёсыми кляксами на тёмном холсте неба; ветер стих, и ветки деревьев почти не шевелились, создавая впечатление замершего мира.

Я сидел на скамейке в укромном уголке ВВЦ и, откинувшись на спинку, скользил взглядом по тёмным верхушкам деревьев. Люди в этом месте почти не появлялись – яркий свет, музыка и веселье остались там, за деревьями. Здесь же было место покоя и тишины, которых иногда так не хватает в будничной суете.

– За извинениями, что ль, пришёл? – спросил Серый Стриж, появляясь возле лавочки.

Я коротко взглянул на него, но ничего не ответил. Тогда он тоже сел, облокотился на спинку скамейки и уставился на небо.

– Обижаться на тебя бесполезно, – сказал я. – К тому же, тебе досталось куда сильнее.

– Ты бы хоть предупредил, что будешь там, – проворчал он, впрочем, почти без раздражения.

– Стриж, я тебе удивляюсь, – ответил я спокойно. – Причём, не твоей бесшабашности, а тому, как ты с таким характером сумел ни разу за всё время службы не оказаться в нашем лазарете. Может, поделишься секретом?

Он хмыкнул, но ничего не ответил. Некоторое время мы оба молчали, затем я продолжил:

– А пришёл я из-за того, что на твоей территории произошло слишком много странных совпадений.

– Совпадений? – удивился он. – Ты считаешь, что Зелёный Огарь не должен был появиться?

– Нет, то, что Мандаринка вызвала подкрепление, вполне логично, – покачал головой я. – Всё началось раньше. Посуди сам. Сначала «Сыновья Хастура» крадут у «Детей Азатота» артефакт «красного» уровня. Откуда «Сыновья» про неё узнали, и почему она так плохо охранялась – вопрос на миллион. Затем культисты принимают решение уничтожить её – самое здравое решение, которое они могли принять, но это с нашей точки зрения. Им что, самим эта сила не нужна? Или они с самого начала знали, что удержать книгу у себя не смогут? Затем место проведения ритуала переносится в «пустой данжеон», причём это решение было принято в самый последний момент, когда уже ничего нельзя было отменить. Наш главный огорошил меня этой новостью непосредственно перед ритуалом. Сам понимаешь, если бы я после этого стал звонить тебе, это было бы очень подозрительно.

Стриж кивнул, соглашаясь.

– Перенос места не помог – «Слуги Азатота» всё равно нашли его, – продолжил я. – Как? Могут ли они отслеживать местоположение книги? Если да, то кто и как это делает? И если книга для них так важна, то почему прислали всего двоих, пусть и с огнестрельным оружием?

Я покосился на наблюдателя и усмехнулся:

– Хотя, если учесть, что ты вообще туда в одиночку полез, «Сыновей Хастура» недооценивали многие.

– Давай не будем об этом! – попросил Стриж, поморщившись.

Эта история вполне могла стать среди агентов предметом для шуток, и я его хорошо понимал.

– В довершение всего, через место ритуала толпой пронеслись агенты, отправив всех несогласных отдыхать, – закончил я с лёгкой улыбкой. – И уже потом, когда я вышел на улицу, то ощутил чужой изучающий взгляд, хотя инфоочки никого не смогли никого обнаружить. Но это уже может быть галлюцинацией, вызванной воздействием ментальной магии.

– И что по этому поводу говорит твоё знаменитое чувство? – с оттенком иронии в голосе спросил Стриж.

Это он про моё ощущение правильности, которое время от времени показывало мне верный путь, и которое я совершенно не мог контролировать.

– Молчит, – серьёзно ответил я. – Отсыпается, наверное. Но у меня есть мысль, что за всем этим скрывается что-то большее.

– Хочешь сказать, что это может быть чьей-то игрой? – уточнил он.

– Как вариант, – кивнул я. – Ты сам не замечал чего-нибудь подозрительного в последнее время?

– Конкретно – нет, – ответил он. – Немного напрягает, что за последнюю пару лет неформалы магичить стали куда сильнее. Я даже аналитиков спрашивал, но те отговариваются фразами вроде «темна вода в облацех». Хотя… Мандаринка точно сама решила перебраться в мой пункт наблюдения? Шеф не отдавал никаких приказов?

– Не в курсе. – Я покачал головой. – Но пытаться перевоспитать тебя именно таким образом – затея бесполезная. Скорее, Мандаринка станет истинным неформалом, чем ты – строгим блюстителем устава.

Стриж широко улыбнулся.

– Да, надо сводить её на пару конвентов, – сказал он.

– Если она не сбежит от тебя, как твои предыдущие напарники, – заметил я.

– За меня не беспокойся, разберусь, – ответил Стриж. – А вот тебе я откровенно сочувствую.

Он посмотрел на меня и вкрадчиво добавил:

– Тебе ведь придётся писать рапорт!

– Давай не будем об этом! – поморщившись, попросил я.

Потому что эта тема уже давно стала предметом для шуток среди агентов нашего подразделения.

***

К следующей части